История

Это петербургский томат по имени Семен. Он летает на Камчатку, ходит в рестораны, плавает в бассейне — и набирает миллионы просмотров в инстаграме
В Кронштадте есть заброшенная тюрьма, где держали заключенных с XIX века до 2000-х годов. Кто там сидел и как она выглядит сейчас
«Нам интересен театр художественного риска». Как «Узел» стал одним из самых заметных театральных проектов Петербурга и что там посмотреть?
Лица войны. Мы узнали, что за военные изображены на билбордах с подписью «Гордость России». Среди них — погибшие, преступники и массовка Путина
«Его уязвило, что он неудачник». Что удалось узнать об учителе математики, который убил своего двухлетнего сына и его бабушку
Кладбище астрономов в Пулкове — это памятники XIX века, могила в виде радиотелескопа и история «заговора» ученых против Сталина
В МДТ впервые поставили абсурдистский спектакль — Дмитрий Волкострелов сам перевел «Счастливые дни» Беккета. Героиня закопана в землю, но радуется жизни
Девять часов стояния, драки и торговля местами. Рассказываем, как выглядит переход в Ивангороде после усиления досмотров
«Кричит — значит что-то болит». Раньше у людей с инвалидностью был центр от организации «Перспективы». Что означает его закрытие — на примере трех семей
«Ты моя мразота», «Снегурочка», «Сыпь, гармоника!» и другие нейротреки захватили чарты. Рассказываем, как ИИ меняет музыку
«Найти свою маленькую родину». В Петербурге стало еще больше добрососедских фестивалей и инициатив. Мы поговорили с теми, кто их создает
«Люди у нас хорошие, помогают». Как жители Янина пережили блэкаут
Качели на месте виселиц. Главные точки Гатчины во время немецкой оккупации — и что там находится сейчас. Фотоистория «Бумаги»
Вепс — это образ жизни. Как живут современные вепсы и кто возрождает их вымирающие деревни. Репортаж «Бумаги»
«„Трубы“ не для сои всякой». Как подростки облюбовали парковку за «Галереей» и чем они там занимаются
От особняка Миллера, похоже, остались одни фасады. Рассказываем историю сгоревшего здания — в ней есть и шпионы, и даже Никита Михалков
«Уже нет надежды». Истории трех петербуржцев, решивших эмигрировать после выборов
«Шеф рекомендует выходить из зала покурить». Возвращаем 2008-й — почитайте, что писали про Петербург и городские рестораны в гиде Louis Vuitton того времени
Нарисованный Милонов и исчезающие голоса. На юге Петербурга кандидат от «Яблока» провел яркую кампанию, но оказался только пятым
Поиски бога, «Одиссея» и классика в мягких обложках. Что покупают петербуржцы в независимых книжных на фоне роста цен и ужесточения цензуры
На заправках бензина всё меньше, а перекупщиков — всё больше (и цены у них всё выше). Рассказываем, как устроен этот теневой рынок
На границе Ленобласти стоит заброшенная фарфоровая фабрика, которую очень любят в рилсах. Это осколок дореволюционной бизнес-империи. И вот ее история
Как проходила мобилизация 100 лет назад. Рассказываем на примере одной фотографии и четырех друзей: Мандельштама, Чуковского, Анненкова и Лившица
Грязно, страшно и хочется пить. Что происходит в отделении токсикологии НИИ Джанелидзе, где пациенты годами жалуются на пыточные условия
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Chrome или Mozilla Firefox Mozilla Firefox или Chrome.